До встречи с Лейлой мой путь лежал через мир, где не спрашивали «корочку», а смотрели на результат. В иранской компании «Маскан-Сазан» и турецких фирмах я прошел путь от рядового сотрудника до главного архитектора. Пока местная архитектурная школа только осваивала плоские чертежи, я уже создавал объемные миры в ArchiCAD и 3ds Max. Я был архитектором новой волны — тем, кто показывает клиенту не линии, а будущее здание, которое можно «потрогать» на экране. Но наступил мировой кризис, и иностранные гиганты покинули рынок. Так я оказался на пороге казахстанской компании «ECO-LIFE KAZAKHSTAN».
Вызов, который изменил всё
Главный архитектор проекта: Лейла Шаймерденовна Рахимжанова. Архитектор Кулсейтов Абдил. Ресторан с гостиницей. ArchiCAD, 3dsMax, V-Ray.
Она была человеком мира: Московская архитектурная школа, 15 лет практики во Франции, Канаде и США, премия американского Института Архитекторов «Женщина в архитектуре». Лейла была глотком свежего воздуха. Принципиальная, интеллигентная, она открыто критиковала «откаты» и непрофессионализм в госзаказах. Мы быстро нашли общий язык: ее безупречный вкус и западный опыт идеально сочетались с моим владением цифровыми инструментами. Работать с ней было наслаждением — я жадно впитывал ее секреты композиции и городского планирования.
Эти два учителя создали меня таким, какой я есть сегодня. Благодаря Беку Ануарбекулы я знаю, ЗАЧЕМ я строю — чтобы оставить след в истории народа. Благодаря Лейле Рахимжановой я знаю, Как я строю — по высшим мировым стандартам, подкрепленным признанным образованием и современными технологиями. Мой диплом архитектора с отличием — это не просто бумага. Это результат честного вызова самому себе. Сегодня в моей работе соединяются полет фантазии и безупречный конструкторский расчет
Кулсеитов Абдил
Столкновение с бюрократией
Однако внутри компании меня ждало горькое открытие. Однажды я узнал, что молодые выпускники вузов, едва умеющие держать карандаш, получают зарплату в два раза больше моей.
— Почему? — спросил я у руководства. — Мои проекты выигрывают конкурсы, мой опыт в иностранных фирмах — 8 лет, я работаю в разы быстрее и эффективнее.
— У вас диплом инженера по металлоконструкциям, а не архитектора, — ответили мне. — У нас свои законы.
Эта бюрократическая стена была абсурдна. В мире, откуда пришла Лейла и где работал я, ценился талант. В нашей системе — бумажка. Это было столкновение двух эпох: прогрессивной, за которую стояли мы с Лейлой, и застойной, скованной формальностями.
Эпилог. Прощание ради цели
Мне было больно уходить от Лейлы Рахимжановой. Она была учителем, который видел во мне равного, видел мой потенциал архитектора-новатора. Но именно этот конфликт с системой стал для меня решающим.
Я ушел из компании, но не ушел из архитектуры. Я понял, что если система не хочет признавать мой талант без «правильного» диплома — я получу этот диплом и изменю систему изнутри.
Лейла научила меня главному: архитектор — это не только вкус и знания, это прежде всего позиция. Мы продолжали общаться долгое время после моего увольнения. Её вера в меня стала тем топливом, которое привело меня к моему третьему высшему образованию и окончательному признанию в профессии архитектора.
Лейла Рахимжанова: Вызов, который изменил всё
Глава 1. Мастер с двойным дном
Когда я пришел в «ECO-LIFE KAZAKHSTAN», Лейла Рахимжанова казалась мне воплощением идеального архитектора. Блестящая школа МАРХИ, годы практики в Париже и Нью-Йорке, престижные американские премии. Она действительно обладала уникальным талантом и безупречным вкусом, и я жадно впитывал каждое ее слово.
Однако вскоре я столкнулся с обратной стороной ее профессионализма. Несмотря на весь свой западный опыт, Лейла оставалась верна жесткой цеховой бюрократии. Она смотрела на меня свысока. Для нее я был лишь «талантливым инженером-конструктором», ремесленником, который хорошо владеет софтом, но не имеет права называться Архитектором без заветного диплома.
Глава 2. Стеклянный потолок
Я приносил компании контракты на миллионы, владел десятком программ, которыми не владел никто в бюро, и выполнял работу быстрее и качественнее дипломированных коллег. Но когда дело дошло до зарплаты, выяснилось, что вчерашние выпускники получают вдвое больше меня.
Лейла, при всей своей интеллигентности, поддерживала этот порядок. Ее акцент на дипломе был непоколебим. Это было парадоксально: человек, работавший в свободной Америке, здесь, в Казахстане, выстраивал кастовую стену. Она видела мой результат, но не признавала моего статуса.
Глава 3. Шаг через невозможное
Эта несправедливость и ее снисходительный взгляд стали для меня мощнейшим топливом. Вместо того чтобы обидеться и уйти в другую сферу, я принял вызов. Ее «выходки» и жесткая позиция стали тем самым толчком, которого мне не хватало, чтобы решиться на большой шаг.
Я уволился. Но не для того, чтобы просто сменить работу, а для того, чтобы вернуться и победить систему на ее поле.
Эпилог. Победа над стереотипами
Несмотря на возраст, имея за плечами две карьеры и успешный бизнес, я поступил в архитектурный институт. Я прошел этот путь с нуля, объединив свой колоссальный практический опыт с академической базой. Я закончил обучение с отличием, став дипломированным архитектором по всем правилам «старой школы».
Сегодня я благодарен Лейле Рахимжановой. Не только за те секреты мастерства, которыми она делилась, но и за ее профессиональное высокомерие. Без этого вызова я, возможно, так и остался бы «талантливым самоучкой». Она заставила меня сделать шаг, на который я долго не решался, и в итоге я доказал: настоящий архитектор — это не только диплом, но и несгибаемая воля.
